Опираясь словами на дело. Об отечественных производителях музыкальных инструментов

Опираясь словами на дело. Об отечественных производителях музыкальных инструментов
Валентина Матвиенко и музыкальные инструменты — коллаж Андрея Зайцева

Слова Спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко про производственно-музыкальную жизнь России, хотя и были замечены ведущими СМИ страны, но вряд ли наделали большого шума. Как же на самом деле складывается ситуация с отечественными предприятиями по производству музыкальных инструментов разбирался музыкальный обозреватель «Сенсаций.Нет» Василий Виноградов.

Василий Виноградов

Валентине Матвиенко не впервой попадать в смешные ситуации, ввиду периодически рандомной эмоциональной несдержанности при публичных обсуждениях насущных дел или выступлений на публике. На память приходит её знаменитая фраза, где негодуя о сложившейся непростой ситуации с ликвидацией ледяных наростов на крышах Санкт-Петербурга, Валентина Ивановна в сердцах бросает: «Сбивать СОСУЛИ ломами — каменный век! Сделайте так, чтобы можно было сбивать их лазерами, я не знаю…» (информационные агентства тут же выдали заголовки типа «Матвиенко предлагает/заставляет сбивать сосулки лазером!»).

Так же стоит вспомнить про «имеющих свою изюминку и эстетику ШТУКИ-ДРЮКИ», которые помимо этого ещё и «дёшевы и сердиты» — это так Валентина Ивановна выразилась про малые архитектурные формы для украшения города.

Косноязычно и двояко? Безусловно. Чего не скажешь про недавнее поручение Матвиенко к Денису Мантурову (глава Минпромторга РФ), где Валентина Ивановна попросила «полностью оснастить музыкальными инструментами отечественного производства все российские общеобразовательные и музыкальные школы, а так же детсады».

От автора: Совершенно не хочется, чтобы читатель увидел в этом тексте «заказуху», «прогиб» или оголтелый ура-патриотизм, но это тот случай, когда ошибиться было приятно — на то она проверка фактов и нужна.

С этого места в рассуждениях сквозят некие двоякие промежуточные выводы. Во-первых охватывает радость, что чиновник столь высокого уровня даёт, пусть пока и только на словах, но поручение в пользу отечественных производителей одновременно специфических и массовых товаров широкого потребления. Во-вторых, несмотря на то, что практически в любой области производства главенствуют товары из Китая, приходит осознание наличия в России пусть и не очень большого числа, но производителей именно этого направления. Но эти пункты связаны с восприятием обычного обывателя, а по факту «в третьих» стоит дописать, что далеко не одно предприятие имеет не первый год государственные контракты на поставку большого количества продукции в государственные же структуры.

Изначально мерилом сложившейся ситуации возьмём, скажем, производство такого понятного всем музыкального инструмента, как фортепиано. Прежде всего, если отбросить культурологически-музыкальную миссию, то сходу, сразу и безоговорочно стоит признать, что фортепиано — высокотехнологичное изделие. Любители электроники и хай-тека могут усмехаться сколько их душе угодно, но достаточно хотя бы раз заглянуть внутрь этого клавишного инструмента, чтобы в буквальном смысле ужаснуться тому количеству деталей, которое присутствует внутри даже самого компактного рояля.

Да, безусловно, большой процент деталей сделан из дерева, которое довольно несложно поддаётся механической обработке. Но подавляющее большинство этих деталей приходит в сборочный цех в виде полуфабрикатов, чтобы в дальнейшем при помощи квалифицированного специалиста быть доведёнными до нужных параметров уже вручную. То есть как минимум для процесса производства нужно посадить и вырастить специальную породу и сорт дерева, чтобы потом в нужном возрасте их спилить и доставить на деревообрабатывающее производство, где его «распустят» на типовые пиломатериалы, высушат до нужной влажности и отправят уже непосредственно производителю.

Производитель же, при помощи высокотехнологичных станков ЧПУ вырежет из этих типоразмерных пиломатериалов необходимые заготовки деталей, которые, как не трудно понять, надо ещё разработать отдельно для каждого узла инструмента. То есть уже на этом этапе огромное количество людей вовлечено в производство ещё не готового изделия — рабочие, инженеры, проектировщики, не говоря уже про те самые средства производства — станки и сопутствующие приспособления для выполнения работ.

А ведь есть ещё элементы инструмента, завязанные на литейное производство (рама), металлообработку (станина для молоточковой механики, педальный механизм) и слесарные работы (навивка/намотка струн).

Не забываем также, что у любого производства должно быть специализированное помещение для проведения всех необходимых работ, согласно технологической карте изготовляемого товара. И ещё раз напомним, что такое сложное устройство, как пианино, должно иметь разработанный, апробированный и доведённый всяческими испытаниями до вменяемого состояния проект документации, согласно которой и будет производится изготовление, сборка и настройка инструмента.

Напомним, что советский союз распался тридцать лет назад, поглотив под своими руинами куда более сильные производства и даже целые отрасли, куда более важные, чем производство фортепиано. Но производила ли музыкальная промышленность в те годы фортепиано и рояли? «Тверца», «Лира», «Заря», «Кузбасс», «Токката», «Кубань», «Вятка», «Украина» — это только те названия которые вспоминаются в первую очередь и вспоминаются без труда, ведь для того, чтобы насытить «одну шестую часть суши» популярным клавишным инструментом трудилось не менее тридцати крупных предприятий по всей территории СССР.

Конечно же, зачастую качество производимых фортепиано было не слишком высоким, поскольку экономика была плановой и требовала определённых показателей по выпуску определённого количества инструментов за отведённый временной промежуток (например, «пятилетку» — прим. авт). Прибавить к этому понимание того, что поточное производство — оно всегда больше «за количество», а не «за качество», и сравнивать какую-нибудь массовую и доступную «Лирику» с более мелкосерийным роялем «ESTONIA» или небольшими мануфактурами Чехословакии и ГДР — некорректно. Зато пианино отечественного производства стояло в любом сельском клубе, библиотеке или детском саду, не говоря уже о музыкальных школах или концертных залах, где их мог быть не один десяток того или иного уровня качества.

Безусловным лидером в соотношении «цена\качество» была ленинградская фабрика «Красный Октябрь», которая носила почти невозможный сейчас где бы то ни было, и довольно редкий тогда статус предприятия «полного цикла». Другими словами, все составные части для производства инструментов делались на одном заводе без всяких «смежников», «субподрядчиков» и прочего «аутсорса». Это стало возможным во многом благодаря тому, что качество и традиции «Красного октября» основывались ещё на дореволюционном опыте и производственных мощностях фабрики «J. Becker», инструменты которой с успехом, а порою и с весомым превосходством конкурировали с европейскими производителями. (В настоящее время, как это ни грустно, но марка «Красный октябрь» ушла в историю, а бренд «J. Becker» выкуплен производителем из Китая, где инструменты этой фирмы и производятся — прим. авт.)

Сейчас же на территории России с большой натяжкой можно озвучить цифру «4»  — именно столько предприятий в нашей стране занимаются производством фортепиано. Не составляет труда их перечислить, это: «Аккорд» (г. Калуга), «Соната» (г. Иркутск), «Мелодия» (г. Тула), «Михаил Глинка» (г. Санкт-Петербург). Локализация производства достигает 50-60 %, ведь часть механики закупается у европейских партнёров.

А что же можно сказать о другом музыкальном оборудовании, производимом в России? Ведь помимо музыкальных инструментов есть ещё множество видов, так скажем, сопутствующих творческому процессу. И тут многих ждёт удивление, поскольку практически в любом секторе имеются свои производители, объём производства которых вряд ли можно назвать высоким, но выпускаемая ими продукция востребована на рынке. Хотя порою непонятно, как они столь успешно выживают в такое конкурентное время, когда заполонившие рынок азиатские производители берут не столько более высоким качеством, сколько более низкой ценой.

Примеры? «Ноэма» (г. Новосибирск) и «Актон» (г. Санкт-Петербург) выпускают динамики для акустических систем, Yerasov (г. Пенза) и AMT electronics (г. Омск) давно известны своим гитарным оборудованием (гитарные усилители, гитарные колонки и педали эффектов), «Октава» и «Soyuz Handmade Microphones» (оба предприятия из г. Тула) — производят микрофоны. Шире всего представлены гитарные мануфактуры, чей общий суммарный объём выпуска вряд ли сможет покрыть весь сегмент рынка, но «Inspector Guitars» (г. Москва), «Амистар» (г. Кунгур), «Аккорд» (г. Бобров), «Lepsky Guitar» (г. Краснодар), «Shamray» (г. Москва), «Khmelevsky Guitars» (г. Ростов-на-Дону), «D’off» (г. Санкт-Петербург). И даже гитарные звукосниматели «Fokin Pickups» (г. Москва) уже настолько известны и популярны «в народе», что даже на вторичном рынке можно приобрести уже несколько поколений продукции разных лет выпуска.

А сколько ещё по стране разбросано полуподвальных — полугаражных производств вроде «FeelAudio» (г. Ростов-на-Дону), изготавливающих, скажем, акустические системы. При этом, качество которых ничуть не хуже любого куда более известного и дорогого бренда из Европы или Азии. Жаль только, что медные духовые инструменты представлены лишь одним небольшим заводиком «St.Petersburg Musical Wind Instruments Factory». Их продукция в разы дешевле аналогичных по классу инструментов из Европы и Азии, но ввиду специфичности ниши рынка и наличия постоянных госконтрактов, всё равно остаётся не демократичной в вопросе ценообразования для розничных покупателей.

Но, как справедливо замечают почти все упомянутые в этой статье производители, имеется большая потребность в отечественной элементной базе для радиоэлектроники, ведь самый распоследний транзистор-резистор-конденсатор-потенциометр приходится закупать в Китае.

Заводы, которые в советское время делали детали для электроники так и остались в прошлом. А азиатские производители, пользуясь отсутствием конкуренции, имея бесконечные «дешёвые» людские ресурсы и полный карт-бланш от государства за время «святых 90-х», пока граждане России наслаждались возможностью «выбора из двух и более кандидатов», сумели занять лидирующие позиции в производстве радиоэлектроники. И теперь, насколько бы ни были успешными разработки отечественных радиоинженеров в том числе и в музыкальном оборудовании, все детали для сборки серийной продукции приходится закупать за рубежом.
Помимо этого, на по-настоящему долговременный успех и рост могут рассчитывать только получившие государственный заказ предприятия.

И вот тут логичным образом стоит вернуться в начало статьи, ведь поручение Валентины Матвиенко основывается не на голословном желании. С 2016 года в России начал работу национальный проект «Культура», основным вектором которого является тотальное обновление материальной базы образовательных учреждений. Вероятно, следующим шагом в реализации этого проекта и является возрастающие темпы импортозамещения, когда музыкальная продукция максимально локализованного сборочного производство будет удовлетворять запросы огромного российского рынка. А там, глядишь, и все элементы и этапы технологических процессов будут стопроцентно отечественными.

Исходя из вышеперечисленного, хочется верить, что, может, хоть в этой истории получится не «хотели, как лучше, а получилось — как всегда». Ведь достаточно вспомнить всю ситуацию с отечественным автопромом, которому как ни создавай условия для полного обладания рынком и народной любви россиян, а качество, как отставало от мирового, так и продолжает отставать (хотя разрыв, безусловно, уменьшился, но вот сроки улучшения таки удручают).

Как видно любому прочитавшему, итоги этой статьи полны надежд, радости и гордости, но все перспективы могут исполнится лишь продолжительным трудом многих людей и безоговорочной поддержкой государства.

Автор: Василий Виноградов