Диверсанты XXI века… и их жертвы

Диверсанты XXI века… и их жертвы

Война не имеет конца. Когда на улицах Луганска утихли канонады взрывов, начались внутренние разборки и активная работа так называемых украинских ДРГ (диверсионно-разведывательные группы). Зачистки начались среди «своих», на тот момент тяжело было идентифицировать, кто именно попадет под это понятие. Более того, под маской активного общественного деятеля и патриота мог скрываться диверсант, который сливал информацию на ту сторону фронтовой линии. Еще страшнее было обнаруживать подобных персонажей в населенных пунктах, ежедневно находящихся под прицелом огня ВСУ, чаще всего именно они выступали в роли наводчиков, по вине которых погибали люди. В моей жизни есть один случай, когда работа ДРГ привела к гибели духовно близкого мне человека. Случай, который на многие вещи поменял воображение тогда еще 19-летней меня.

У каждой группы в колледже был свой куратор. Нашего мы вначале боялись и не совсем хотели принимать. Молодая женщина с ярко выраженным собственным мнением и волевым характером ошарашила нас при первой встрече своей прямотой. Анна Владимировна была учителем истории Украины, нас взяла под свое крыло в 16-летнем возрасте. С нами поддерживала контакт все время боевых действий, думаю, что группа не распалась в какой-то степени именно благодаря ей. Ее жизнелюбию, юмору и позитивному настрою можно было только поучиться. Даже когда мы сидели в аудиториях, и были слышны внезапные обстрелы, она нас успокаивала и могла привести в адекватное состояние.

На последнем, выпускном курсе мы узнали, что она влюбилась, и жизнь ей подарила мужчину мечты. Человек работал не в обычном месте — пару раз у нее оставался его телефон по ошибке и звонил со звуком. АВ говорила, что если поднимет трубку, то, условно говоря, прямо в колледж приедет группа захвата. Мы над этим только смеялись.

На крещенские праздники 2018 года у нас в колледже был введен карантин из-за большого количества заболевших сезонным вирусом. Я была у родителей в деревне, когда мне позвонила подружка нашего куратора, еще один преподаватель из колледжа, и сказала, что Анне Владимировне нужна кровь, так как ее подстрелили. Что именно я почувствовала в тот момент? Очень тяжело сейчас об этом сказать. Да, кто-то может сказать, что это всего лишь преподаватель, но нет, она была нашим другом, этот человек лично меня вдохновлял и был примером. Всей группой на следующее утро мы были в центре переливания крови. Туда приехали многие ее выпускники, учащиеся из других групп, те, кто находился на территории Украины, просили своих знакомых прийти и сдать кровь. Как нам объяснили, из-за ранений она потеряла катастрофическое количество крови. Анне Владимировне удалось выжить, она лежала в реанимации, а ее мужчина погиб на месте от большого количества огнестрельных ранений. Практически неделю за ее жизнь боролись врачи, но в результате она погибла, ее дочка в свои десять лет осталась сиротой, а мы, почти ее выпускники, впервые столкнулись с подобным и не могли поверить, что жизнь бывает такой.

Почему же это случилось? Гражданский муж Анны Владимировны работал в местном МВД. Звание у него было солидное, как, по-видимому, и задачи, которые он выполнял. Одному из бывших ополченцев была поставлена задача ликвидировать его по заказу украинской ДРГ. Анна Владимировна стала «расходным человеком», который стоял на пути ликвидации ее мужа. Они были вместе застрелены под подъездом. Стрелок следил за ними давно, не один день, как он охарактеризовал себя сам в репортаже «Вестей», «любитель покопаться в чужом грязном белье». По его словам, ликвидированы должны были быть все, кто мог выступить препятствием. Чистая случайность уберегла дочку Анны Владимировны от смерти, так как в тот вечер она могла возвращаться вместе с ними домой. Наш знакомый работал на скорой, в тот день была его смена. Когда АВ была в машине скорой, до последнего, пока еще находилась в сознании, она спрашивала о своей дочери. В реанимации она лежала под круглосуточной охраной, но ранения были зверские, «стрелок» попал ей в брюшную полость и прострелил легкие. Организм, находясь в искусственной коме, все равно не выдержал нагрузки. Анна Владимировна умерла, ее похоронили вместе с гражданским мужем на кладбище для военных.

До последнего вся наша группа надеялась, что это какая-то ошибка, буквально пару недель назад мы планировали, как будем отмечать наш выпускной, а в итоге оказались на ее похоронах. Ее мужа похоронили раньше, в тишине. Большая вереница людей тянулась по засыпанному снегом кварталу с алыми розами в руках, она была похожа на Белоснежку. В итоге в свой выпускной вечер мы небольшой группкой после вручения дипломов поехали к ней на кладбище. После стало традицией отвозить к ним на могилу цветы в память о жизни замечательного человека.

Анна Владимировна стала жертвой чьих-то разборок. На выпускном нам не разрешили показать снятый о ней фильм: мол, слишком грустно для такого веселого праздника. А нам было это важно. После выхода специального репортажа Сладкова о работе ДРГ в Луганске многим из нас писал неизвестный, требовавший удалить ее из друзей. И тогда стало понятно, что история просто не должна была распространяться.

По моим личным наблюдениям, январь – время зачисток и прочих не совсем «чистых» дел. ДРГ продолжают жить и существовать до сих пор. Жаль, что жертвами их деяний становятся очень хорошие люди, которым просто не повезло. В каком-то смысле, война продолжается.

Автор поста: Дарья Живолуп